Эксклюзивное интервью Екатерины Румянцевой

«Какой сейчас год?» — спрашивает она. И, видя мое недоумение, после паузы, улыбаясь, поясняет: «Порой бывает и такое! Не удивляйся!

Текст: Александр Шевчук

«Какой сейчас год?» — спрашивает она. И, видя мое недоумение, после паузы, улыбаясь, поясняет: «Порой бывает и такое! Не удивляйся!
Недавно общаемся с крупным застройщиком и, видимо, совсем заработались: через три года объект сдадим, говорит он мне, ну что ж, нормально, 2008-й — как раз то, что нужно. И только потом ловит себя на мысли, что со сроками ошибся».

С Катей Румянцевой интересно общаться хотя бы еще и потому, что оговаривается она к месту и по делу. Как-то, участвуя в круглом столе, организованном нашим Издательским Домом, она невольно объединила две престижные улицы — Остоженку и Пречистенку — в одну: получилась «Престиженка». А еще после того, как речь зашла о формате жилья и кто-то спросил о «домах для холостяков», она смело заявила о существовании «сексуальных домов — тех, где детей не растят, а… делают». Так и пошел гулять новый термин.

Да, собственно говоря, и скачок по датам — признак масштабных проектов, которыми она занимается. Ведь кому-то в этой жизни минуты — вечность, а для нее время сжимается и разжимается на месяцы и годы.

Ну и, конечно, генеральный директор компании Kalinka-Realty не даст закиснуть от скуки — создается впечатление, что она успевает везде. С утра — на встрече с инвестором, потом общается с архитектором, обязательно ответит на вопросы назойливого журналиста, найдет время поплавать в бассейне, а вечером побывать на светском рауте, где, несомненно, станет главным персонажем для фоторепортеров. Яркая, умная, обаятельная… Эпитетов не хватит, чтобы охарактеризовать Екатерину Румянцеву. «Мы ведь в какой-то степени коллеги…» — произношу я в продолжение разговора.остью их реализации«

— Как возникло название? И почему в логотипе появилась лошадь?
— К тому времени рынок элитной недвижимости только начал свое существование, в столице появлялось действительно дорогое жилье. Расселение коммуналок, множественные обмены, чтобы получить вожделенный этаж в каком-нибудь аварийном доме, чтобы потом заниматься превращением его в престижные апартаменты — все это было раньше моего возращения в Москву, и потому прошло мимо меня… Работать я привыкла профессионально и всегда придерживалась высоких стандартов, с которыми сталкивалась заграницей. Иного подхода я и не предполагала в своей компании. Заниматься намеревалась только жильем высокой ценовой категории. В соответствии с этим и подбирались сотрудники — высоко эрудированные, с хорошим образованием, приятные в общении, наделенные отличными человеческими качествами. Они и создали новый образ брокера. Интуитивно я чувствовала, что хорошо в названии иметь что-то русское. Была такая компания «Иванушки», мне нравилось. А еще появилась «Калинка Стокманн». Когда я предложила «Калинка-Риэлти», то у многих это вызвало ассоциации именно с ней, а первые клиенты так и говорили «да-да, знаем вас давно», хотя нам было без году неделя. Слово «калина» — удачное, потому что ветки этого дерева ставили на стол новобрачным как символ чистоты, непредвзятости отношений. И возникший позже креативный слоган «Безупречная репутация» только закрепил правильность моего выбора. С лошадьми же много связано в жизни. Очень их люблю, для меня это красивое, сильное, честное и доброе животное. С детства занимаюсь конным спортом. Мастер спорта по выездке, выигрывала различные юношеские соревнования. Вопрос выбора логотипа для компании — дело тонкое и сложное. Поэтому я решила позаимствовать опыт крупных международных корпораций, одной из основных составляющих успеха которых является правильный брендинг. Практика показывала, что животные в большинстве случаев являются беспроигрышным вариантом. И как оказалось, выбрав свое любимое животное, что называется, попала в точку.

— А почему через два с половиной года ты оставила учебу в университете?
— Параллельно в моей жизни возник модельный бизнес, я активно участвовала в показах модной одежды. Мне это очень нравилось — подиум, красивые наряды, изысканные туалеты, респектабельная публика… Очень часто к нам обращались ведущие иностранные агентства. И я как-то прошла очередной кастинг и по контракту отправилась работать в США. Правда, на показы мы выезжали и в другие страны и континенты. Самые яркие впечатления, пожалуй, остались от Латинской и Центральной Америки.

— Причем здесь недвижимость, которой ты вдруг стала заниматься? Или она тоже возникла случайно и двигалась параллельным курсом?
— Век модели недолог. И даже по молодости это осознаешь: три-пять лет пройдет, и что дальше? Попробовала освоить новую профессию еще за границей. Получилось. Очень хорошие попались учителя. Например, восемь месяцев обучалась только технике продаж. И профессиональный опыт постепенно приходил. Свои первые дома я продала на Кипре молодым ребятам откуда-то из Донбасса. Через день общения они выложили по миллиону долларов за каждый из двух предложенных им домов. Когда вернулась в середине 90_х в Россию, естественно, встал вопрос о трудоустройстве. Поступали предложения от разных компаний, но я не торопилась с выбором. Хотелось найти такую работу, чтобы она полностью соответствовала уровню моих знаний, требований и интересов на тот момент. И мне повезло. На моем путиоказалась американская компания Noble Gibbons. Она была первой в нашей стране, кто организовывал у себя отдел по продаже квартир de luxe. Как раз на рынок вышли два первых элитных объекта — «Палаццо» на Цветном бульваре и улице Вересаева, 6. Приобретенный опыт, знания и навыки стали логичным продолжением карьеры в real estate. Правда, потом это же обернулось для меня некой неприятной составляющей. Успехи были головокружительные, сделки шли одна за другой, и от подобного несложно потерять чувство реальности.

— Надеюсь, это длилось недолго?
— Я сотрудничала со многими ведущими застройщиками. Одна из моих последних продаж была организована компании «КВ-инжениринг», откуда и позвонил один из учредителей. В тот момент они размышляли о создании риэлтерской компании, которую и предложили возглавить. Я представила совету директоров бизнесплан. Он получил одобрение. Вскоре я приступила к работе. В журналистике, действительно, «отметилась». В семнадцать лет поступила на журфак МГУ. До этого печаталась в различных изданиях — папа до сих пор хранит вырезки с моими публикациями. Первым материалом был рассказ о школах рабочей молодежи. Причем он получился критическим. Я, тогда еще старшеклассница, обличала систему образования! Потом перешла в светские хроникеры, что было ближе по натуре. Помню, как в провинциальной гостинице сидела после концерта уставшая Маша Распутина и давала интервью — мне, незнакомой начинающей журналистке. Было странно: после мощного напора, энергии, которые исходили от нее со сцены, атмосфера во время беседы была совсем иной. Рядом была добрая, непосредственная, красивая женщина со своими проблемами, переживаниями. Интервью с ней получилось интересное, его даже «Комсомольская правда» перепечатала. «В профессию я пришла вполне осознанно, с опытом работы в других странах,
хорошей подготовкой на уровне международных стандартов» «Рос рынок, и вместе с ним рослая как руководитель. Не стану лукавить, что все давалось легко. Но вот везение никогда не оставляло — это правда» Сегодня мне сложно ответить на вопрос, люблю ли я Москву. Но прекрасно помню момент, когда однажды, вернувшись из Костромы ранним зимним утром, я ехала по улицам Москвы и поймала себя на мысли, что люблю этот город. Падал белыми хлопьями снег, светились желтым светом фонари, стояли величественные здания… Сейчас я живу на Рублевском шоссе, воспитываю маленькую дочку Еву (ей три года и девять месяцев). Именно там чувствую себя наиболее комфортно.

— Слоган компании стал и твоим жизненным девизом?
— Безусловно. Так устроена, что не могу плохо работать. Причем это касается всего — и бытовых дел, и домашних, и бизнеса. Для меня невозможно что-то делать наполовину или на треть! Мне неудобно говорить неправду! Это с детства. От родителей. И, слава богу, мое окружение принимает меня именно такой и, главное, понимает. Да и сами такие же люди. Это нас объединяет.
Мы предоставляем клиенту оперативную и достоверную информацию, всегда предупреждаем о рисках, сообщаем о преимуществах и недостатках. Мы не лукавим, не заискиваем и не навязываем своего мнения. Риэлторский бизнес — репутационный бизнес, мы крайне дорожим своей репутацией. С застройщиками же откровенность порой оборачивается обидами. У меня есть крылатое выражение. Когда новый клиент-застройщик задает мне вопрос, я всегда отвечаю так: «Что вы хотите услышать — правду или мне
надо ответить так, чтобы вам понравиться?» Существует своя специфика и в работе с российскими архитекторами. Но это уже из категории отношений, когда компромисс, как правило, можно найти. Например работать с Юрием Григоряном легко и приятно, мы понимаем, что такое современные требования и стандарты. В настоящее время мы работаем над несколькими проектами. К примеру, последний проект, который уже заявлен к реализации, — жилой элитный комплекс «Шоколад», расположенный в районе Котельнической набережной. На мой взгляд, в доме нет недостатков. И еще одна особенность наших состоятельных соотечественников: иногда они просто никак не могут свыкнуться с тем, что у них теперь есть миллиард долларов и квартира на «Золотой миле», а потому все время оттягивают въезд в новые апартаменты. Один из клиентов — топ-менеджер гигантской корпорации — купил три квартиры в самых дорогих домах, но сам до сих пор живет с семьей в старой квартире в Чертанове… — Мне бы их заботы… Я только напомню твое крылатое выражение: «Желания приходят с возможностью их реализации». Успехов тебе — во всем! Рос рынок, и вместе с ним росла компания. Не стану лукавить, что все давалось легко. Но вот везение никогда не оставляло — это правда. Вообще, у меня такое мировоззрение — нацеленное на позитив. Мне тяжело делегировать полномочия, но сегодня компания «Калинка_Риэлти» — это не кулуарная компания- бутик элитной недвижимости, а профессиональная риэлторская компания, оператор рынка. Поэтому не развивать и не реструктуризировать ее уже невозможно. Связано это еще и с тем, что появились новые направления деятельности. Мы предоставляем полный цикл услуг не только в сегменте дорогой недвижимости, включающий консалтинговое сопровождение объекта, оценку, организацию процесса продаж, реализацию и т. д. С самого начала нашего существования ресурсы позволяли оказывать брокерские услуги и в других сегментах рынка, в том числе коммерческой недвижимости. Инвестиционный консалтинг — одно из новых и успешных направлений компании. Например, в марте этого года с нашим участием прошла сделка по приобретению компанией RGI трех жилых кварталов по адресу Рождественский бульвар. Мы намерены расширяться, и потому новый набор сотрудников, в том числе топ-менеджеров, не за горами. Мы переехали в новый офис в Бутиковском переулке, который по размеру больше предыдущего, но, боюсь, с такими темпами мы из него скоро вырастем.

— В нем много картин…
— Мой папа — заслуженный художник России. В семье я поздний ребенок: до этого родились три мои сестры, и разница в возрасте между старшей и мной составляет двадцать пять лет. Все тяготы в семье пришлись на тот период,
когда меня еще не было. Отец окончил военное училище, мама была врачом. И когда глава семьи после тридцати лет занялся творчеством, а он стремился к этому всю сознательную жизнь, то мама устроилась на две ставки, чтобы
позволить папе самореализоваться. Однокомнатная квартира представляла собой мастерскую. И только когда пришло признание отца как живописца, постепенно все наладилось, и я появилась на свет в семье благополучных
костромских интеллигентов. С сестрами я практически не жила — они одна за другой выходили замуж и покидали родительский дом. Мне же внимание уделялось особое -занималась я в художественной и музыкальной школах,
посещала театральный кружок, спортивные секции. Правда, заранее предчувствовала, что по проторенному пути местной молодежи — учеба в пединституте для девочек и военном училище для юношей, соответственно,
создание армейско-учительской семьи — точно не пойду.

— Опыта руководства у тебя не было напрочь…
— Компания была создана в конце 1998 года, когда страна переживала последствия дефолта. Тем не менее, риэлторская компания нового формата, которая была мною предложена, оказалась чрезвычайно востребована рынком. Нашими первыми объектами были дом в Последнем переулке, «Опера Хаус», дома в Зачатьевском переулке, 19 и в Сеченовском, 3. Естественно, приходилось самой заниматься всеми направлениями деятельности «Калинки» — от презентаций апартаментов клиентам, обучения сотрудников до оперативного управления, решения тактических и стратегических задач. С одной стороны, мне повезло, так как все решения я принимала самостоятельно, а не коллегиально. Вместе с тем «мужало и крепло» окружение. Ощущение того, что мы лидеры в своем сегменте рынка не покидало нас никогда. Это подтверждалось и количеством объектов, доверенных нам на реализацию на эксклюзивной основе. Сегодня, когда рынок стал более прозрачен и профессионален, стали публиковаться рейтинги, проводиться исследования. И мы только подтвердили свои позиции. Лестно осознавать, что сотрудников стали всяческими правдами и неправдами переманивать в другие компании, то есть строка в резюме кандидата о принадлежности к Kalinka-Realty ценилась при приеме на работу. Своего рода знак качества. Действительно, мы все это время старались держать высокую планку во всем. «В какой-то момент мы четко стали осознавать, что в своем сегменте рынка занимаем лидирующие места. Это показали объективные рейтинги, опросы коллег, которые публиковались в прессе» «Я не могу плохо работать. Причем это касается всего — и бытовых дел, и домашних, и бизнеса. Для меня невозможно что-то делать наполовину или на треть»